Севастопольский народный Православный университет, объединенная тема Опции

[Александр Грешный]

В Крыму в Севастополе по благословению правящего архиерея, митрополита Симферопольского и Крымского Лазаря, с начала этого учебного года открылся Народный Православный университет.
Идея его открытия родилась в ходе проведения курсовой подготовки учителей Основ Православной культуры. Стало ясно, что нужен хотя бы минимальный уровень богословской подготовки, который можно было бы получить в городе без отрыва от основной работы. Среди преподавателей - кандидат богословия протодиакон Василий Марущак (доцент В.В.Коваленко) и два преподавателя с богословским образованием. Отметим, что протодиакон Василий Марущак является участником первой научно-практической конференции ПРАВОСЛАВНЫЕ УЧЕНЫЕ – РОССИИ: СЛЕДУЯ ОТЕЧЕСТВЕННЫМ ТРАДИЦИЯМ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА.
Слушатели собираются один раз в неделю. Изучаются четыре предмета: догматическое и нравственное богословие, литургика и история Церкви. Предусмотрены годовой и выпускной экзамены в форме тестирования и выдача соответствующих удостоверений.
На занятиях присутствует около 120 постоянных слушателей. Ведется академический журнал и учет посещаемости. Создана электронная библиотека по каждому предмету. Каждый слушатель имеет возможность получить ее на компакт-диске. В перспективе создание библиотеки традиционной.

[Елена]

ЛЕКЦИЯ 3. РЕФОРМАЦИЯ

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Реформация в Швейцарии. Ульрих Цвингли (1484-1531)

Родился в Швейцарии в зажиточной крестьянской семье. Учился в школах Берна, Вены, Базеля. Получил звание магистра философии (1506). Был священником. Выступал как реформатор одновременно с Лютером, был знаком с его первыми сочинениями, но действовал независимо от него. Между тем и другим много общего. Цвингли тоже начал свою реформаторскую деятельность с выступления против индульгенций. В публичных диспутах по этому вопросу он одержал верх (1523). Цюрихский городской совет стал на сторону Цвингли, и Цюрих вступил на путь реформации. Из церквей были удалены священные изображения, органы, отменено даже пение. Функции епископов приняли на себя кантональные власти. Монастырское имущество было секуляризовано. Сам Цвингли, несмотря на то, что был священником, вступил в брак. (Подобным образом поступил и Лютер).
К реформации в Швейцарии примкнули более развитые городские кантоны (Цюрих, Берн, Базель). "Лесные" кантоны остались католическими. Война между теми и другими была неудачной для реформаторов. Сам Цвингли погиб в одном из сражении (1531).
Учение Цвингли в основном совпадает с учением Лютера.
Но в учении о евхаристии Цвингли шел далее Лютера, отвергая присутствие Тела и Крови Христовой в этом таинстве, и считал хлеб и вино простыми символами.
Вообще Цвингли более рационалистичен. Церковные традиции он ценил еще меньше Лютера. Но в учении об оправдании он проявляет известную сдержанность и о предопределении говорит как бы с некоторой нерешительностью (что наблюдается, впрочем, и у Лютера).

Жан Кальвин

Второй швейцарский реформатор, Ж. Кальвин, родился на севере Франции (1509) в семье податного чиновника, состоявшего также должностым лицом при епископе. Кальвин на 25 лет моложе Лютера и Цвингли.
Отец готовил Жана к духовной карьере. Юноша получил тонзуру, т.е, был причислен к клиру Римско-Католической церкви, но получил ли Кальвин потом сан католического пресвитера неизвестно.
В молодые годы он изучал юридические науки, богословские и философию. Помимо латинского языка, хорошо знал греческий, немного еврейский. Был знаком с произведениями выдающихся римско-католических богословов ХШ века.
В 30-х годах, проникшись сочувствием к протестантизму, Кальвин порвал с Римско-Католической церковью. Вынужден был бежать из Франции, где новое учение жестоко преследовалось. Возглавят реформационное движение в Швейцарии.
Составом и опубликовал "Наставление в христианской вере" (Inetitutio christianae religionis) на латинском и на французском языках (1535-1536),. В нем изложил основы нового богословия. Кальвин показал себя большим рационализатором, чем Лютер и Цвингли. Учение о пассивности человека в деле спасения и о безусловном предопределении, изложенное в "Наставлении" стало отличительной чертой его богословия.
В 1536 году Кальвин поселяется в Женеве, которая незадолго до этого вступила на путь реформации. В том же году издает Катехизис (так называемый "Первый") и, в дополнение к нему, "Исповедание веры". В этом "Исповедании", написанном по-французски, излагалось реформатское вероучение, которое отныне обязаны были исповедывать все женевцы. Нежелающие принимать его, должны были покинуть пределы Женевы.
Женева приняла Кальвина в качестве своего духовного руководителя. На этом посту Кальвин проявил себя человеком чрезвычайно требовательным, строгим и суровым до жестокости. Характерно, что, заявив себя непримиримым врагом Римско-Католической церкви, Кальвин не только не осуждал средневековых инквизиционных методов борьбы с инакомыслящими, но сам применял в своей теократической общине пытки и кару смерти за ересь. Кальвин был за слияние церкви с государством и осуществлял эту идею. на практике в женевском государстве, абсолютным повелителем которого он сам стал. Религиозно-нравственная жизнь женевцев была поставлена под наблюдение особого трибунала - "консистории". Были запрещены танцы, песни, развлечения, яркие наряды. Из храмов, вместе с живописью и другими видами искусства, была удалена всякая пышность ритуала и обстановки, Кальвинизм имел распространение во Франции (гугеноты), Нидерландах и Англии (пуритане).
Вероучительные (символические) книги кальвинизма.
В кальвинизме вероучительных (символических) книг очень много. Собственные символические книги имеют не только разные отрасли кальвинизма, но и разные поместные части одного и того же исповедания.
Главнейшими символическими книгами кальвинистов являются следующие:
"Первый катехизис" Кальвина (1536), явившийся переработкой "Наставления в христианской вере" и легший в основу упоминавшегося выше "Исповедания веры", предписанного Кальвином "гражданам и жителям Женевы".
"Женевский катехизис Кальвина" (1545), являющийся переработкой "Первого", - отличается от него вопросо-ответной формой изложения.
"Женевское соглашение" (1551), содержащее доведенное до крайности учение о предопределении, составлено Кальвином. Принято кантональным советом Женевы.
"Галликанское исповедание" иначе "Исповедание веры французских церквей", принятое кальвинистами Франции. В основе своей оно тоже является произведением самого Кальвина.
Перечисленные вероопределения публиковались на французском и латинском языках.
Большим уважением у реформаторов пользуется тоже "Гейдельборгский катехизис" (1563), составленный кальвинистами Германии на немецком языке.
Кальвинисты называют себя реформатами, а свое общество Реформатской или Евангелическо-реформатской церковью.

Учение кальвинизма о Церкви (экклезиология)

Кальвинизм, так же как и лютеранство, плод реформадионных движений XVI века. Так же как лютеране, кальвинисты представляют религиозное общество, лишенное непрерывной апостольской преемственности (и в историческом, и в сакраментальном смысле). Так же как и в лютеранстве, в кальвинизме не может быть твердой веры в непрерывное пребывание Церкви на земле и в непрерывное стояние исторической Церкви в истине.
Кальвин принял основные положения лютеранской экклезиологии. Но картина анархии, в которую повергло протестантизм учение Лютера о всеобщем пастырстве, заставила Кальвина. подумать о необходимости поднять авторитет и значение пастырей и церковной организации. Кальвин стремится даже государство втянуть в орбиту Церкви (Лютер скорее готов был допустить обратное - подчинение Церкви государству).
"Галликанское исповедание" (1559) всячески старается поднять авторитет новообразовавшейся церкви и укрепить церковную дисциплину.
Однако в ответе на вопрос, что же такое Церковь, Кальвин не поднимается выше Лютера. "Следуя слову Божию, мы говорим, что она есть общество верующих, согласившихся следовать этому слову" (ст. 27).
О таинствах кальвинисты учат, подобно лютеранам, в туманных выражениях, как о "знаках", "печатях" и "свидетельствах".
В учении об евхаристии Кальвин занимает среднее место между Лютером, который признавал телесное присутствие Христа в евхаристии и Цвингли, который такое присутствие отвергал. Кальвин проявляет некоторое колебание в этом вопросе. Он писал и учил о духовном вкушении Тела и Крови Христовой и ставил действительность такого вкушения в зависимость от веры. Покаяние в кальвинизме не имеет сокраментального значения. Пренебрегая вместе с лютеранами учительной ролью Церкви, Кальвин считал библейские книги единственным правилом веры. "Ни указы, ни декреты, ни видения, ни чудеса не должны быть противопоставлены этому Священному Писанию" ( "Галликанское исповедание", ст. 5).
Впрочем кальвинисты придают некое значение и церковной традиции - древним символам (Никео-цареградскому), соборам и отцам Церкви. "Признаем то, что было определено древними соборами и отвращаемся от всех сект и ересей, отвергнутых святыми учителями, как-то св. Иларием, св. Афанасием, св. Амвросием, св. Кириллом" (Там же, ст. 6).
Сотериология Кальвина, учение о безусловном предопределении
Кальвин согласен с Лютером в том, что природа падшего человека совершенно искажена грехом. Все дела человека, даже лучшие, внутренне являются злом. "Все, что исходит от него, совершенно справедливо осуждается (Богом) и вменяется в грех" ("Наставление").
Человек потерял свободу воли. После падения он творит зло не свободно, а по необходимости.
Закон Бога предписывает безвольному человеку "непосильное для него, чтобы убедить человека в его собственном бессилии" ("Наставление").
Кальвин сожалеет, что святые отцы (исключая Августина) не учат о потере человеком свободы воли. Кальвин недоволен, в частности, тем, что Иоанн Златоуст "возвеличивает силы человеческие".
По природе человек способен только на зло. Добро - дело благодати. Не от нашего смотрения, по словам Кальвина, зависит повиноваться действию благодати или противиться. Так же как Лютер, Кальвин отвергает "синергизм". Так же как Лютер, он учит, что человек оправдывается верой в своё спасение.
О добрых делах в "Наставлении" говорится следующее: "Хотя Бог, совершая наше спасение, возрождает нас для благотворения, мы исповедуем, что добрые дела, которые мы совершаем под водительством Св. Духа, не играют роли в нашем оправдании".
Верующий, по учению Кальвина, должен быть уверенным в своем спасении, ибо спасение совершается Богом, независимо от дел человеческих.
Кальвин возражает св. отцам, которые "держали людей в страхе и неуверенности", т.к. ставили спасение в зависимость от дел.
Последовательно развивая все эти положения, Кальвин дошел до учения о безусловном предопределении Богом - одних людей к вечному опасению, других - к вечной гибели. Это - главное положение сотериологии кальвинизма. Учение о предопределении носит на себе печать особенного духовного склада самого Кальвина, его сурового, жестокого характера, холодного, рационалистического подхода к богословским вопросам.
Мы, православные, знаем из Свящ. Писания о божественном предопределении, вытекающем из божественного предведения ("Их же предуведе, тех и предустави", Рим. 8,29).
Кальвин же учит о предопределении безусловном, которое совершается независимо от духовного состояния человека и его образа жизни.
Кальвин говорит о безусловном предопределении в самых решительных выражениях. Отвергнув свободу человека, он доходит до утверждения, что зло совершается по воле Божией, и в своих высказываниях на эту тему иногда производит впечатление одержимого.
"Когда мы не пошатаем, как это Бог хочет, чтобы происходило то, что Он же запрещает, вспомним о своем бессилии и ничтожестве, а также о том, что свет, в котором живет Бог, не напрасно назван неприступным, ибо он окружен тьмою" ("Наставление", кн. 1).
"Что бы ни предпринимали люди и даже диавол, Бог всегда держит в руках руль".
"Бог однажды в Своем вечном и неизменном совете решил, кого Он желает привести к спасению, а кого желает предать погибели". "Когда спрашивают, почему Бог так делает, надо отвечать: потому, что Ему так угодно".
Вот как далеко заходит Кальвин в развитии мысли Лютера о том, что человек - это соляной столб. Кальвин как бы совсем забывает, что, по словам Свящ. Писания, Бог "всем человеком хощет спастися" (1 Тим. 2,4) и как бы не замечает того, в каком резком противоречии находится все его учение с духом Евангелия.
В Швейцарии к Кальвину примкнули вскоре и цвинглианцы. Странами, где кальвинизм имел наибольшее распространение, помимо Швейцарии, были Франция и Голландия.

Реформация в Англии

Англия издавна тяготилась зависимостью от Рима. Налоги в пользу "св. Петра" ложились тяжелым бременем на население, отражались на экономике страны. Английские церкви папа облагал сам, не спрашивая согласия английского короля. Короли старались противодействовать папскому абсолютизму, заявляли свои права на участие в решении английских церковных дел.
Предшественником реформации в Англии был Джон Виклиф (XIV в.), высказывавший взгляды подобные тем, которые потом стал распространять Лютер.
Начало самой реформации в Англии связано с именем короля Генриха УШ (1509-1547) из династии Тюдоров. Поначалу горячий приверженец папизма, он разошелся с, папой, не добившись у него расторжения своего брака с Екатериной Арагонской (теткой германского императора Карла V, дочерью Фердинанда и Изабеллы испанских). Для заключения этого брака в своё время понадобилось особое разрешение папы, ибо Екатерина до этого была замужем за братом Генриха VIII. Женившись на Екатерине Арагонской, после того, как она овдовела, Генрих УШ прожил с ней в брачном союзе 17 лет. Увлечение короля фрейлиной своей супруги, Анной Болейн, побудило его искать расторжения своего брачного союза, который теперь ему удобно было считать противозаконным. Папа (Климент УП) не пожелал аннулировать брак. Сделал это в 1533 году, в угоду королю, архиепископ Кентерберийский Фома Кранмер, предстоятель Римо-Католической церкви в Англии (примас). Он только что занял этот пост, по желанию короля и с согласия папы, хотя в душе был убежденным сторонником реформации. Послушный примасу собор римо-католических епископов Англии, аннулировал брак короля с Екатериной Арагонской и признал законным браком с Анной Болейн. Одновременно с этим Английская церковь вышла из подчинения папе. Вскоре после этого (1534) парламент объявил " единственным верховным главой на земле Английской церкви" короля. Епископы должны были просить у короля подтверждения своих церковных прав.
Однако король не склонен был вести Английскую церковь по лютеранскому пути. Он хотел сохранить неизменным прежнее вероучение и культ. Иных взглядов держался архиепископ Фома Кранмер, стремившийся к коренной реформации Церкви.
Эдуард VI. (1547-1553). Вступил на престол десятилетним мальчиком. При нём значение архиепископа Кранмера увеличилось. Став одним из регентов, Кранмер продолжил дело реформации. Опубликована была "Книга общих молитв" (common prayer book), коей определялся строй богослужений в реформированной Церкви. Отменялось поминовение усопших. В 1553 г. были опубликованы 42 члена вероучения. Автор их Кранмер. Они содержат учение о Церкви и спасении, близкое к протестантскому и носят отпечатки влияний кальвинизма. Итак, при Эдуарде VI над умеренной концепцией, которой держался его отец, возобладала значительно более радикальная концепция архиепископа Кранмера. Однако, в бурном развитии английской реформации уже намечалось течение, ещё более радикальное, представителями которого стали так называемые "нонконформисты". Между тем английской реформации всех оттенков готовился сильнейший удар с другой стороны. В 1553 году, через несколько недель после опубликования 42 членов, скончался юный Эдуард и на престол вступила Мария Тюдор, дочь Екатерины Арагонской.
Мария Тюдор иначе Мария Католичка или Мария Кровавая (1553-1558). Внучка испанских королей по материнской линии, Мария унаследовала от них горячую приверженность к католицизму. Она стала женой испанского короля Филиппа П (сына Карла У) и в политике опиралась на тесный союз с Испанией. Английская церковь вновь была объявлена подчиненной папе, началось преследование противников папизма, искоренение всего того, что было порождено реформацией. Архиепископ Кранмер, отказавшись признать Марию законной королевой Англии, заявил о своей верности реформаторской линии, которую называл согласной с традициями древней Церкви. Кранмера судила особая комиссия римско-католических богословов, и он был осужден на сожжение (14 апреля 1554). Приговор, однако, долго не приводился в исполнение. Расчитывали, по-видимому, на раскаяние осужденного. У окон тюрьмы, в которой находился архиепископ Кранмер, предварительно был приведен в исполнение приговор над двумя другими епископами, осужденными вместе с ним (Ридли и Латимером). Страшное зрелище сожжения близких людей потрясло Кранмера. В ужасе он стал молить о пощаде. Но когда дело дошло до отречения, чувство долга взяло верх, и он вновь подтвердил свои убеждения. 21 марта 1556 года Кранмер мужественно взошел на костер на том самом месте, где перед этим кончили свою жизнь в тяжких муках оба епископа. Там теперь стоит памятник Мученикам. Это, конечно, были не единственные жертвы контрреформации в Англии. При Марии Католичке было казнено за протестантизм более 200 человек.
Мария Тюдор вскоре умерла, на престол вступила Елизавета, дочь Анны Болейн.
Елизавета Тюдор (1558-1603). Продолжительное правление Елизаветы ознаменовалось восстановлением и утверждением реформации в Англии. Была восстановлена зависимость Английской церкви от королевской власти. В акте об этом английский король был объявлен "единым правителем королевства как в делах духовных и церковных, так и светских" (все же не "верховным главой" Английской церкви, как то было при Генрихе VIII!).
Первоочередной задачей Елизаветы было восстановление разгромленной Марией Католичкой кранмеровской иерархии (признавшей реформацию).
На Кентерберийскую кафедру Елизавета назначила Матфея Паркера. Рукоположение его 17 декабря 1559 г. совершили 4 епископа; Барлоу, ставший епископом ещё в 1536 г., т.е. при Генрихе УШ и Кранмере (римо-католики утверждают почему-то, что он не имел хиротонии), Годжкин, епископ, имевший ещё римо-католическое рукоположение, Скори, рукоположенный в 1551 г., т.е. при архиепископе Кранмере, и Кевердиль, рукоположенный одновременно со Скори. Два последние при Марии Католичке были объявлены римско-католической властью низложенными и находились не у дел.
При обсуждении вопроса об англиканском священстве всегда приходится касаться истории хиротонии Матфея Паркера.
В 1562 году 42 члена были сокращены до 39. Новое вероизложение носит следы кальвинистических влияний в учении о предопределении. Но утверждает епископальный строй, хотя и не говорит о священстве, как о таинстве. Отвергнуто пресуществление. О присутствии тела и крови Христовой в евхаристии говорится не вполне ясно. Отвергается "жертвенный" (сатикфакционный) характер мессы. Писание объявляется единственным правилом веры. Но принимаются 3 символа (Никео-цареградский, "апостольский" и "афанасьевский"). Отвергаются молитвы к святых, почитание мощей и икон. Отрицается чистилище, отвергаются индульгенции.
По многом вопросам 39 членов содержат формулировки недостаточно четкие, что вообще характерно для англиканской догматики.
39 членов были утверждены парламентом, подписаны епископами и играют роль важнейшего вероопределения Англиканской церкви.

Положение религиозных дел в Англии после смерти Елизаветы
Ещё при Елизавете, и даже раньше - при архиепископе Кранмере, наметилось в английском протестантизме радикальное направление, представители которого были недовольны сохранением в Англиканской церкви епископата и римо-католического обряда. Они добивались полного "очищения" церкви от папистических традиций и полной ее кальвинизации. Нонконформисты. или, как они стали называться после отделения, пуритане (от латинского слова - purus - чистый), составили сильную оппозицию королевской власти. Отделавшись от господствующей, "епископальной" церкви (1567), одни из пуритан учредили церковную организацию, управляемую выборными "пресвитерами", отчего стали называться "пресвитерианами", другие пошли ещё дальше. Считая пресвитерианство не достаточно радикальным, представители крайнего пуританства - конгрегационалисты или индепенденты отвергли пресвитерианское устройство и провозгласили полную самостоятельность отдельных общин, не только в вопросах управления, но и в вопросах веры. За пределами общины (конгрегации) не должно быть для верующего никаких авторитетов, никакой власти. В русле индепендентства возник баптизм.
В самой Англиканской "епископальной" церкви образовались и по сей день существуют течения, по-разному относящиеся к спорным вопросам; "высокая церковь", "низкая" и "широкая".
"Высокая церковь" (High church) стремится к возможно лучшему сохранению католических традиций, принимает учение об оправдании верой и делами, отстаивает авторитет церкви, подчеркивает значение иерархического преемства, отвергает кальвинистические взгляды. Это течение ближе всего к православию.
"Низкая церковь" ( Low church ) тяготеет к протестантизму с его учением об оправдании одной верой и с Библии, как единственном источнике вероучения. Представители низкой церкви решительно называют себя "евангеликами".
"Широкая церковь" ( Broad church ) стремятся к объединению всех течений на почве широкой веротерпимости.
Таким образом, англиканство характеризуется большой неустойчивостью взглядов и колебаниями между протестантизмом, католицизмом и преданиями Древней Церкви.

БАПТИЗМ

Возник в Англии в первой половине XVII столетия на почве индепендентства (конгрегационализма). Первая община баптистов образовалась в 1612 году.
Нет данных, которые бы говорили о прямой зависимости английского баптизма XVII столетия от немецкого анабаптизма XVI столетия, хотя отрицание крещения детей является общим для представителей одного и другого вероисповедания. Возникнозение баптизма в Англии связано с именами Томаса Хелвиса и Джона Смита. Баптисты, эмигрировавшие в Америку, начали вскоре распространять и там свое вероучение. Первая баптистская община в Америке возникла в 1639 году. В Америке баптизм получил наибольшее распространение. Там он дробится на ряд течений и сект.
В Германию баптизм проник в первой половите XIX века. В Россию (на Украину) баптизм был занесен во второй половине XIX века немецкими колонистами.
В 1905 году был организован Всемирный союз баптистов, переименованный в 1957 году во Всемирный союз евангельских христиан-баптистов.
В баптизме настойчиво подчеркивается спасение личной верой, без Церкви.

Методизм

Методизм возник в ХУШ веке в результате стремления оживить государственную Англиканскую церковь. Зародилось это новое английское вероисповедание, не без влияния лютеранского пиэтизма, в оксфордской студенческой среде. Главным инициатором его был Джон Веслей, ставший вскоре священником Англиканской церкви (1703-1791). Все началось с организации небольшого религиозного кружка, участники которого за строгие правила и подвижнический образ жизни стали называться методистами (1729). Число их стало постепенно расти. Методисты провели широкую работу среди простого народа, выступая, где придется, чаще всего под открытым небом. На первый план они выдвигали деятельную любовь.
Англиканское духовенство неодобрительно смотрело на деятельность Веслея и отказало ему в поставлении священников. Со временем (XIX век) дошло до полного отделения методистов от Англиканской церкви. Be слей стал рукополагать сам, объявив пресвитерство равным по благодати епископству. Методизм получил широкое распростронение в Америке. Особенно большой рост он имел в х1х веке. В 1951 году учрежден Всемирный союз методистов.

Экуменическое движение

Экуменическое движение стало, очевидно, самым значительным событием в развитии западного христианства в XX веке. Оно родилось из общего для всех христиан ощущения противоестественности разделения христианского мира. То, что оно зародилось в протестантской среде вполне объяснимо, ведь именно протестантский мир острее всего ощущал свою церковную недостаточность, отделенность от вселенской полноты.
Другое дело, что это стремление к преодолению христианских разделений выразилось в единственно приемлемой для протестантского веросознания форме, в виде так называемой "теории ветвей". Согласно этому богословскому представлению, существовавшая издревле единая христианская Церковь в своем развитии разделилась на многие направления или ветви, каждое из которых в равной мере сохраняет связь с первохристианским наследием, которое составляет ствол этого общехристианского древа. Дробление христианского мира закономерно и не несет в себе ущебности, оно является проявлением полноты и многообразия христианской жизни. Соответственно, грядущее единение христиан должно включать в себя все проявления этого разнообразия, ибо каждая ветвь составляет полноценную часть общехристианского наследия.
Естественно, что такая попытка церковной легализации уклонений от наследия неразделенной Церкви никогда не пользовалась признанием ни в Православии, ни в католичестве. Обычно обоснованием православного участия в экуменическом движении служат слова Спасителя из Евангелия от Иоанна (17:21) "да будут в Нас едино, да уверует мир", а также многочисленные высказывания Свящ. Писания и Св. отцов. Долг единения довлеет над всем христианским миром, и, прежде всего, над православным, и он остается необходимым условием полноценности нашего свидетельства миру. Противоречие заключается в том, согласны ли с евангельской заповедью единства богословские взгляды, которые фактически оправдывают последствия нарушения этой заповеди. Можем ли мы ради следования долгу единения признать равное достоинство правой веры и уклонения от нее? Православие не может не стремиться к единению христиан, но оно не может полностью принять того образа единства, который несет в себе современное экуменическое движение. Сами основы участия в экуменическом движении Православных Церквей изначально и по сути отличаются от протестантского обоснования экуменизма, ибо цель Православия - свидетельство истины инославию, цель инославия - единство любой ценой.
Первым шагом в становлении экуменического движения считается Всемирная миссионерская конференция, состоявшаяся в 1910 г. в Эдинбурге. Причина того, что именно с миссионерством связаны первые попытки христианского единения ясны, ибо его отсутствие остается самым очевидным соблазном для тех, кто обращается ко Христу. Конференция в Эдинбурге была призвана разрешить противоречия, неизбежно возникавшие между различными протестантскими миссионерами в колониальных странах, когда их взаимная критика ослабляла успех миссии.
Одновременно с Эдинбургской конференцией, в которой приняли участие многие будущие видные деятели экуменического движения, например, Д. Мотт, У. Темпл стремление к объединению всех христиан проявилось в Соединенных Штатах, В том же 1910 г. в Американской епископальной церкви была создана комиссия по подготовке Всемирной конференции по вопросам веры и устроения Церкви.
Дальнейшему развитию экуменизма помешала Первая мировая война, но ее потрясения послужили стимулом к дальнейшим попыткам объединить христиан. В 20-е годы оформились два основных течения в экуменизме: "Вера и устроение Церкви", под руководством англиканских епископов Ч. Брента и У. Темпла, и "Жизнь и деятельность", которое возглавлял лютеранский архиепископ Н. Седерблом. Эти движения существенно различались во взглядах на пути достижения единства христиан, и различия оказались столь существенными, что сохранили свое значение и после объединения этих течений во Всемирный совет церквей.
Движение "Вера и устроение Церкви" считало подлинной и высшей целью экуменического движения единство веры всех христиан, на основе которого можно преодолеть все остальные разногласия. Если мы говорим о православном участии в становлении экуменического движения, то это участие было более всего сосредоточено вокруг "Веры и устроения Церкви".
Наоборот, движение "Жизнь и деятельность" исходило в своей идеологии из невозможности скорого достижения единства в вере и поэтому стремилось к объединению усилий всех христиан в их практической деятельности, которая будет способствовать преодолению вероисповедных разногласий. Как гласил лозунг "Жизни и деятельности": "Вера разъединяет, дела объединяют". Иными словами, "Вера и устроение" было более богословским движением, а "Жизнь и деятельность" - практическим, и поиски согласия между этими направлениями продолжались в течение двух межвоенных десятилетий.
К началу столетия относятся и первые попытки принципиального расширения экуменического движения, превращения его из межпротестантского в общехристианское. В 1919 г. группа экуменически настроенных представлителей американских протестантских церквей посетила Ватикан, но их визит закончился безрезультатно. Общее отношение Римо-католической Церкви оставалось в лучшем случае настороженно-выжидательным, и в 1928 г. оно было закреплено энцикликой Пия XI "Души смертных", которая гласила: "Католики ни в коем случае не могут одобрить этих попыток, основанных на ложной теории, что все религии более или менее хороши и здравы ... Церковь изменила бы своему назначению, приняв участие в панхристианских мероприятиях ... Ни под каким видом католикам не дозволяется вступать в подобные предприятия или же им способствовать".
Отношение православного мира к экуменизму с самого начала отличали, наверное, две основные черты: с одной стороны, в нем явно ощущалась искреннее стремление содействовать всеми силами единению христиан и надежда, может быть, наивная, просветить светом православной веры мир протестантский. С другой стороны, православное отношение к экуменическому движению слишком часто оказывалось противоречивым, и эта непоследовательность пагубно сказывалась как на нашем общехристианском авторитете, так и на внутри-православных отношениях.
Примером такой противоречивости может служить известное окружное послание Константинопольского Патриархата от 1920 г. Отношение Православия к инославному миру всегда было догматически обусловленным, оно исходило из первостепенного значения вероучительного согласия в любом взаимообщении с инославием. (В этом отношении ближе всего к православной точке зрения стоит идеология "Веры и церковного устроения"). К сожалению, окружное послание 1920 г. являет пример, как минимум, двусмысленного отношения к этому правилу, неукоснительно соблюдавшемуся в течение столетий. В тексте послания мы читаем, что "имеющиеся между различными христианскими Церквами догматические различия не исключают их сближения и взаимного общения и что таковое сближение ... необходимо и даже полезно для ... каждой Поместной Церкви и всей христианской Полноты, а также для подготовки и более легкого проведения ... благословенного соединения", и далее: "Ибо, если даже и возникнут на почве старых предубеждений, привычек и претензий возможные затруднения, многократно в прошлом срывавшие дело союза ... они не могут и не должны служить непреодолимым препятствием" . Этот документ оставляет весьма двойственное чувство и не может идти ни в какое сравнение в догматическими посланиями Восточных патриархов ХIХ в. Следует также сказать, что он излагает только мнение Константинопольской Церкви и не имеет полноты авторитета всего православного Востока.
Через несколько лет основы возможного православного участия в экуменическом движении были с гораздо большей последовательностью изложены в Оно было подписано представлителями почти Заявлении православных участников конференции "Вера и церковное устройство", состоявшейся в 1927 г. в Лозанне. всех Поместных Церквей и в нем, в частности определялось, что "в вопросах веры и религиозного сознания в Православной Церкви неуместен никакой компромисс", и "где нет общности веры, не может быть общения в таинствах".
Потрясения революции не позволили Русской Церкви оказать должное влияние на отношение православного мира к экуменическому движению. Единственной возможностью такого влияния было участие русской церковной эмиграции в экуменической деятельности, и русские богословы зарубежья в 20-е-30-е годы принимают участие во многих экуменических встречах, пытаясь привлечь внимание Запада к трагедии Русской Церкви. Многие из них вдохновлялись вполне искренними надеждами на успех православного свидетельства инославному миру, который тогда еще сохранял основы христианского образа жизни.
В межвоенные десятилетия развитие экуменического движения шло по трем параллельным направлениям. Прежде всего, это деятельность комиссии "Вера и церковное устроение", в которой широко участвовали Православные Церкви, в том числе и русское церковное зарубежье. Затем продолжалась деятельность комиссии "Жизнь и деятельность", в которой также принимали участие представители православного мира. И, наконец, Эдинбургская конференция 1910 г. стояла у истоков создания Международного миссионерского совета, который после создания Всемирного совета церквей ассоциировался, а затем и полностью объединился с ним.
В 1938 г. был создан подготовительный комитет Всемирного совета церквей, но развитие экуменизма снова прервала мировая война. Однако после ее окончания вновь, как и в начале столетия, обострилось чувство ответственности христианского мира за происшедшее и необходимости объединиться, чтобы сохранить мир. В первые послевоенные годы Европа жила стремлением восстановить, заново утвердить братство человеческого рода, подорванное двумя мировыми войнами, и христианский образ такого братства как нельзя более соответствовал чаяниям народов.
В этой атмосфере в 1948 г. в Амстердаме состоялась первая учредительная Ассамблея Всемирного совета церквей, в который вошли около 150 церквей и церковных организаций, преимущественно, протестантских. На этой ассамблее произошло слияние "Веры и устроения Церкви" и "Жизни и деятельности", а затем к ним присоединился Международный миссионерский совет. В ее ходе были заложены основы идеологии и организации ВСЦ, хотя потом они подвергались существенным изменениям. Из Православных Церквей в работе Амстердамской ассамблеи участвовали только Константинопольская и Элладская Церкви, русское зарубежье было представлено, в основном, Свято-Сергиевским богословским институтом в Париже.
Почти одновременно в Москве проходило Совещание глав и представителей Поместных Православных Церквей, которое представляло большую часть православного мира. Критическое отношение Совещания к экуменизму известно, и обычно это объясняют давлением Советского государства, уже вступившего в холодную войну. Несомненно, что в этом есть значительная доля правды, но фактом остается то, что православная критика ВСЦ, отраженная в документах Совещания, возымела прямое действие на дальнейшее развитие этой организации.
Ее итогом стало принятие в 1950 г. так называемой Торонтской декларации, которая до сих пор остается одним из основополагающих документов Всемирного совета церквей. Декларация было составлена при решающем участии православных участников, среди которых были, например, такие выдающиеся богословы как о. Георгий Флоровский, митрополит Фиатирский Герман, проф. г. Алевизатос и др. Прежде всего декларация определяет, что "Всемирный совет церквей не является и никогда не должен стать сверх-Церковью". Цель Всемирного совета церквей ... способствовать изучению и обсуждению вопросов единства Церкви". Крайне важным для Православных Церквей было заявление о том, что членство в ВСЦ "не означает, что каждая Церковь должна признавать другие Церкви, входящие в Совет как Церкви в полном и подлинном смысле этого слова", кроме того, было выражено обязательство Церквей-участниц "оказывать помощь друг другу в случае необходимости и воздерживаться от таких действий, которые не совместимы с братскими отношениями", иными словами, от прозелитизма, от которого страдали, прежде всего, Православные Церкви. Торонтская декларация также официально подтвердила, что "ни в коем случае ни одна Церковь не может и не будет принуждаться к принятию решений, противоречащих ее убеждениям".
Русская Православная Церковь и, вместе с ней, большинство славянских Церквей вступили в ВСЦ на III Ассамблее в Нью-Дели в 1961 г. Сейчас много спорят об истинных причинах этого шага и не подлежит сомнению, что за ним стояло стремление Советского государстве использовать Церковь для распространения своего влияния в мире, хотя, с другой стороны, участие в экуменическом движении давало нашей Церкви возможность противостоять нараставшему в те годы атеистическому давлению.
С другой стороны, своим участием Русская Церковь обеспечила весьма существенные изменения в собственном веросознании ВСЦ, в частности в его базис или основу вероисповедания была внесена так называемая "троичная формулировка", или именование Лиц Святой Троицы. Новая редакция базиса гласила, что "Всемирный совет церквей яляется содружеством Церквей, исповедующих Господа Иисуса Христа Богом и Спасителем согласно Священному Писанию и потому ищущих совместного о исповедания, общего для них призвания во славу единого Бога, Отца, Сына и Святого Духа".
После принятия II Ватиканским собором декрета "Об экуменизме", утвердившего, хотя и со значительными оговорками, что "в экуменическом делании верные католики несомненно должны заботиться о разъединенных с ними братьях" наметилось изменение отношения к ВСЦ со стороны Римо-католической Церкви, которое увенчалось визитом папы Павла VI в штаб-квартиру ВСЦ в Женеве в 1969 г. Католики участвуют в работе многих подразделений ВСЦ, но Римо-католическая Церковь, тем не менее, не является его членом, она официально участвует только в работе "Веры и церковного устроения", которая остается единственном собственно богословским подразделением ВСЦ.
Существенное изменение дальнейшего облика Всемирного совета церквей вскоре, однако, стала определять тенденция к постепенному угасанию богословской составляющей его деятельности, ее вытеснение "практическим христианством". Как уже говорилось, изначально экуменизм развивался в двух достаточно противоречивых направлениях, с одной стороны - "богословский экуменизм" "Веры и устроения", с другой стороны - практический экуменизм "Жизни и деятельности", и возможность образования ВСЦ появилась лишь вследствие объединения этих движений, причем каждое из них сохраняло свое влияние. В течение десятилетий эти изначально противоположные устремления так или иначе согласовывались друг с другом, но постепенно богословский экуменизм стал поглощаться экуменизмом практическим, социальным. Это выразилось хотя бы в том, что комиссия "Вера и устроение Церкви" была низведена до положения второстепенного, хотя и уважаемого подразделения внутри ВСЦ. Дальнейшее развитие этой тенденции привело к постепенному разложению экуменического движения, которое мы наблюдаем в наши дни.
Самым значимым, хотя и противоречивым плодом богословского экуменизма стал документ, принятый на заседании комиссии "Вера и устроение" в 1982 г. в Лиме. Этот документ под названием "Крещение. Евхаристия. Священство" является итогом многолетних трудов Комиссии. Он излагает совокупность богословских воззрений относительно этих трех таинств, которые существуют в Церквах, входящих в ВСЦ.
Хотя, по словам составителей, этот документ "отображает существенное совпадение в богословских вопросах" вряд ли можно говорить о нем как о согласованной позиции всех Церквей, принимавших участие в работе над ним. "Крещение. Евхаристия. Священство" представляет собой, скорее, обобщение существующих взглядов с указанием точек их соприкосновения или даже совпадения. С другой стороны, он неизбежно отражает глубинные противоречия различных исповеданий по основополагающим вопросам их вероучения и устроения Церкви и оставляет достаточно много открытых вопросов. По этой причине, ключевые понятия, такие как истолкование образа присутствия Тела и Крови в Евхаристии, значение апостольского преемства, вопрос о женском священстве не получили в этом документе полноценного и бесспорного истолкования. Более того, заведомая двойственность формулировок позволяет вкладывать в них совершенно различные смыслы, что и произошло после опубликования этого документа. Большинство Церквей, входящих в ВСЦ, прислали свои отзывы, которые содержали совершенно противоречивые толкования его положений.
Текст, принятый в Лиме, можно, в известной степени, назвать вершиной того, что смогло достичь экуменическое богословие, оно выяснило все многообразие богословских представлений по основным вероучительным вопросам и предложило их в обобщенном виде всему христианскому миру. Оно также попыталось указать пути преодоления существующих расхождений, но преодолеть их на чисто богословском уровне оно, разумеется, не могло.
В настоящее время Всемирный совет церквей объединяет около 330 Церквей из приблизительно 100 стран. Высшим органом власти является Ассамблея ВСЦ, созываемая раз в семь лет. Ассаблея избирает Генерального секретаря ВСЦ, который осуществляет общее руководство Советом в период между Ассамблеями. В целом, руководство ВСЦ остается коллегиальным и осуществляется через Центральный комитет и Исполнительный комитет. Все рабочие органы объединяются в четыре единицы или подразделения, каждая из которых имеет свою область работы. В первую единицу входит комиссия "Вера и церковное устроение".

Отношения Русской Православной Церкви
с инославием на ее канонической территории

Связи Русской Православной Церкви с инославными христианскими общинами в странах СНГ и Балтии должны осуществляться в духе братского сотрудничества Православной Церкви с другими традиционными конфессиями в целях координации деятельности в общественной жизни, совместного отстаивания христианских нравственных ценностей, служения общественному согласию, прекращения прозелитизма на канонической территории Русской Православной Церкви.
Русская Православная Церковь утверждает, что миссия традиционных конфессий возможна лишь в тех условиях, когда она осуществляется без прозелитизма и не за счет "переманивания" верующих, особенно с использованием материальных благ. Христианские общины стран СНГ и Балтии призваны объединить свои усилия в области примирения и нравственного возрождения общества, возвысить свой голос в защиту человеческой жизни и человеческого достоинства.
Православная Церковь проводит четкое различие между инославными исповеданиями, признающими веру в Святую Троицу, Богочеловечество Иисуса Христа, и сектами, которые отвергают основополагающие христианские догматы. Признавая за инославными христианами право на свидетельство и религиозное образование среди групп населения, традиционно к ним принадлежащих, Православная Церковь выступает против всякой деструктивной миссионерской деятельности сект.

Внутренние задачи в связи с диалогом с инославием

Отвергая ошибочные с точки зрения православного вероучения взгляды, православные призваны с христианской любовью относиться к людям, их исповедующим. Общаясь с инославными, православные свидетельствуют о Святыне Православия, о единстве Церкви. Свидетельствуя об Истине, православные должны быть достойны своего свидетельства. Недопустимы оскорбления в адрес инославных.
Необходимо достоверное и квалифицированное информирование церковной общественности о ходе, задачах и перспективах контактов и диалога Русской Православной Церкви с инославием.
Церковь осуждает тех, кто, используя недостоверную информацию, преднамеренно искажает задачи свидетельства Православной Церкви инославному миру и сознательно клевещет на Священноначалие Церкви, обвиняя его в "измене Православию". К таким людям, сеющим семена соблазна среди простых верующих, следует применять канонические прещения...
Русская Православная Церковь на протяжении всех лет своего участия во Всемирном Совете Церквей занимает позицию конструктивной критики по отношению к ВСЦ. Это связано с исторически обусловленными особенностями структуры Всемирного Совета Церквей. С самого начала в ВСЦ доминировала протестантская стихия. Православные, принимая участие в работе ВСЦ, понимали, что они должны будут нести Свидетельство в сложных условиях, когда сама возможность обсуждения той или иной темы определяется в результате голосования, при котором, они могут оказаться в меньшинстве. Речь не идет о том, что такая процедура могла что-то навязать православным - решения, принимаемые в ВСЦ не имеют никакого обязательного значения для членов ВСЦ. Но тематика дискуссии во Всемирном Совете Церквей в значительной степени определялась и определяется поныне именно протестантским большинством. Разумеется, Православные и в этих условиях свободно и открыто представляли свое мнение в соответствии с Преданием Церкви, но это мнение часто оказывалось "реакцией", "особой позицией" по отношению к мнению инославного большинства. Всемирный Совет Церквей оказался уникальной трибуной, подлинно всемирным форумом, на котором православные имеют возможность представлять инославным Веру Церкви. И этот факт не может быть обесценен всеми теми трудностями, с которыми православным приходится встречаться во Всемирном Совете Церквей.
В силу существующей структуры ВСЦ православные подчас вынуждены обсуждать во Всемирном Совете Церквей проблемы, которые навязываются им для обсуждения. А в то же время вопросы, реально заботящие Православные Церкви, остаются вне поля зрения ВСЦ. Тем самым полагается серьезнейшее препятствие для несения православного свидетельства в Совете. Православные, просто в силу своего структурного меньшинства, не могут оказать влияние на формирование тематики ВСЦ. В рамках нынешней структуры ВСЦ православные вынуждены нести полноту ответственности за ту повестку дня и за те решения, которые принимаются в ВСЦ и которые подчас оказываются неприемлемыми для православного вероучения и традиции. Это обстоятельство приводит к тому, что членство с таким уровнем обязательств вызывает резкую критику со стороны духовенства и мирян отдельных Православных Церквей.
В повестке дня ВСЦ со временем стали появляться такие темы, которые оказались совершенно неприемлемыми для Православного Предания. Стало совершенно правомерно говорить о нарастающем кризисе ВСЦ, связанном, в свою очередь, с кризисом значительного числа протестантских деноминаций - членов ВСЦ и кризисом экуменического движения в целом. Задачи декларируемые ВСЦ вступают сегодня в полнейшее противоречие с практикой: все очевиднее становится разрыв сблизившегося на почве либерализации протестантского большинства и православного меньшинства. В итоге возможно такое развитие в протестантских церквах и во Всемирном Совете Церквей, с которым православные уже не смогут согласиться ни по экклезиологическим, ни по догматическим, ни по нравственным соображениям.
Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 1997 г. рассмотрел ситуацию с членством Русской Православной Церкви во Всемирном Совете Церквей и вопрос о связанных с этим проблемах в связи с усилением негативных тенденций в Совете. Для разрешения вопроса об участии или неучастии Русской Православной Церкви в ВСЦ Освященный Архиерейский Собор принял решение провести всеправославное обсуждение этой проблемы. Как сказано в определении Собора: "По результатам всеправославного решения иметь суждение на Архиерейском Соборе об участии или неучастии представителей Русской Православной Церкви в двусторонних и многосторонних межконфессиональных богословских диалогах, а также в работе ВСЦ и других международных христианских организаций. В настоящее же время продолжить участие представителей Русской Православной Церкви в работе международных христианских организаций, отмечая особую важность в переживаемый момент православного свидетельства в разделенном грехами христианском мире".
Созванное по инициативе Русской Православной Церкви и Сербской Православной Церкви Всеправославное Совещание в Салониках (29.04-1.05.1998) пришло к выводу, что нынешняя структура ВСЦ неприемлема для православных и продолжение их участия в Совете возможно лишь при условии "радикальной реформы" Всемирного Совета Церквей. В связи с этим заявлением на VIII Ассамблее ВСЦ было принято решение о создании Специальной комиссии Всемирного Совета Церквей по взаимоотношениям с православными. В мандат этой комиссии входит рассмотрение всего комплекса вопросов и проблем православного участия в ВСЦ и предложение возможных вариантов преобразования Совета. В соответствии с решением всеправославной встречи в Салониках на время работы этой комиссии Русская Православная Церковь принимает участие в работе с ВСЦ с "ограниченным мандатом". Таким образом нынешний период в отношениях Русской Православной Церкви со Всемирным Советом Церквей, когда обсуждается новая модель ВСЦ и способы его трансформирования - переходный. На этом этапе перехода к новой модели ВСЦ Русская Православная Церковь должна использовать все имеющиеся в ее распоряжении инструменты присутствия в ВСЦ для возможно более широкого распространения среди церквей-членов своей позиции по вопросам, вызывающим критику со стороны православных.
Православные относятся предельно ответственно к своему участию в ВСЦ и именно поэтому предупреждают: нынешнее развитие ВСЦ идет в опасном и недолжном направлении. Они констатируют кризис Всемирного Совета Церквей и призывают к пересмотру всего нынешнего этоса, принципов ВСЦ. Поэтому радикальное реформирование ВСЦ должно подразумевать не изменение "формы" при неизменности содержания, не реформирование", а изменение именно сути ВСЦ. Всякий новый шаг в направлении усиления протестантской экклезиологии в ВСЦ будет духовным самоубиством ВСЦ. Православные, требуя "реформирования" ВСЦ, настаивают на том, чтобы в ВСЦ была возможность полновесного православного свидетельства об истине Церкви, о принципах единства. Если нет возможности для такого свидетельства, если деятельность ВСЦ все дальше уходит от первоначальных целей экуменического движения - стремления к восстановлению христианского единства - то тогда ВСЦ утрачивает свою духовную ценность. ВСЦ - динамичное явление, в котором возможно "усиление" и "ослабление" элементов кафоличности. Сейчас в ВСЦ налицо стремление удовлетвориться "неполной кинонией", стабилизировать существующую разделенность как нормальную и слабую меру общения, зафиксировать имеющийся статус "общности" в концепциях "неполного (растущего) общения", "примеренного многообразия". Сегодняшнее экуменическое движение находится в кризисе. Причина этого - в ослаблении стремления к единству, ослабление готовности и воли к "обращению", к кафолическому обновлению.
Именно это в первую очередь заставляет Русскую Православную Церковь пересмотреть свое отношение ко Всемирному Совету Церквей. Негативные тенденции в ВСЦ приводят к тому, что Русская Православная Церковь оказывается перед необходимостью быть готовой к изменению своего статуса в отношениях с ВСЦ. Впрочем, такое решение должно быть принято лишь при полном исчерпании всяких средств по изменению характера ВСЦ.
Еретические и сектантские движения в западной церкви до реформации