Царебожники. Опции

[Татьяна Родионова]

«Акафисты и книги прикладывать к больным местам — читать не обязательно»

Если в очереди к мощам святой блаженной Матроны вам предлагают почитать акафист Игорю Талькову или дарят икону Богородицы с царем Николаем вместо Христа — перед вами царебожники

Как я поняла, в наших храмах этих царебожников полно.

[Татьяна Родионова]

Вот еще от "царебожников"

ЛОЖЬ ОБ "ОТРЕЧЕНИИ" ГОСУДАРЯ
. Из личного дневника Царя-Мученика Николая II Александровича

«Кругом измена, трусость и обман…».

Уже почти 100 лет живет ложь о так называемом "отречении" последнего Русского Царя Николая II, которое якобы произошло 2 (16 по н. ст. ) марта 1917 года. Попытаемся вспомнить это страшное время и установить истину.

Ненависть к Государю объединила тогда всех врагов Православной России, прикрывавшихся демагогическими лозунгами "свободы и демократии".

Показательно, что к их стану попытался присоединиться даже Великий Князь Кирилл Владимирович.

В день, предшествующий "отречению" Николая Александровича, 1 марта 1917 года, всем начальникам частей Царскосельского гарнизона были разосланы записки следующего содержания: "Я и вверенный мне Гвардейский экипаж вполне присоединились к новому правительству. Уверен, что и вы, и вся вверенная вам часть также присоединятся к нам. Командир Гвардейского экипажа свиты Его Величества контр-адмирал Кирилл".

Позднее, нацепив красный бант, этот член Императорского Дома лично привел Гвардейский экипаж в распоряжение председателя Государственной Думы Родзянко, который впоследствии назвал поступок Великого Князя "явным нарушением присяги Государю Императору".Отмечая этот позорный исторический факт, обратим внимание на поступок еще одного члена Императорского Дома, суть которого можно сформулировать так: человек отдал то, чего не имел.

В Петрограде 3 марта 1917 года к Великому Князю Михаилу Александровичу пришла кучка предателей Родины - масонов.

Они внушают ему, что, хотя Николай II отрекся от престола в его пользу и Великий Князь может именоваться теперь Императором Всероссийским Михаилом II, однако председатель Государственной Думы Родзянко и председатель Совета Министров князь Львов уверены, что в этом случае "все офицеры и члены дома Романовых будут немедленно вырезаны в Петрограде" (Никитин Б. Роковые годы. Париж, 1937 г.).

Существенное дополнение вносит Керенский: "...я не ручаюсь за жизнь Вашего Высочества!" То, что случилось потом, описывает один из предателей-думцев В.Шульгин: "Великий Князь встал. Все поднялись. "Я хочу подумать полчаса... Великий Князь вышел в соседнюю комнату... Великий Князь вошел... Это было 12 часов дня... Мы поняли, что настала минута. Он сказал: "При этих условиях я не могу принять Престола, потому что..."

Он не договорил, потому что... заплакал" (Шульгин. Дни. Белград, 1925).

И вот финал. Великому Князю подали заранее составленный масонами текст отречения, в котором были так нужные им слова: "...прошу всех граждан Державы Российской подчиниться Временному Правительству, по почину Государственной Думы возникшему и облеченному всею полнотою власти...".

Таким шулерским приемом верховная власть, не подчиненная ничьему суду, юридически являющаяся инстанцией последнего решения, была вырвана из рук Российского Государя кучкой самозванцев, прикрывшихся словами о благе народа.

Читателю, слабо знакомому с порядком престолонаследования в России, постараемся разъяснить, в чем состоит суть шулерского трюка, к которому прибегли заговорщики.

С точки зрения юридической, акт 3 марта был противозаконным. Масонские правоведы осознавали несовместимость данного акта с Основными законами Российской Империи.

Автор рескрипта великого князя Михаила Александровича об отречении от престола масон Набоков впоследствии признавался: "Передача престола Михаилу была актом незаконным. Никакого юридического титула для Михаила она не создавала".

Но на основании этого акта Временное правительство узурпировало не только исполнительную, но и законодательную власть, присвоив себе права Самодержца.

Таким образом, оно стало само издавать законы и само их исполнять" (Платонов О.А. Терновый венец России. Т.1. М., 1997).

Что имел в виду Набоков?

5 апреля 1797 года Павел I подписал Указ о престолонаследовании, ликвидировавший то неопределенное положение, в котором находился русский Императорский престол в результате петровского законодательства, позволявшего Государю назначать себе преемника, исходя из личных соображений.

В этот же день был издан и другой акт - Учреждение об Императорской Фамилии. Ставя закон о престолонаследовании выше воли монарха, Павел выражал веру не в наделенного страстями и способного ошибаться человека, а в Промысел Божий.

В силу этого закона Николай II не имел права лишать престола своего сына Алексея и "через его голову передавать власть брату Михаилу Александровичу.

Конечно, царевич Алексей имел право самостоятельно отказаться от вступления на престол.

Но только тогда, когда ему исполнилось бы 16 лет (в марте 1917 года ему было лишь 13).

Понимая все это, Великий Князь Михаил Александрович обязан был настаивать на правах Алексея Николаевича на престол, а себя считать лишь правителем Государства - до совершеннолетия законного наследника.

Однако он поступил проще: отрекся и за себя, и практически за всю императорскую фамилию.

На всякий случай Великий Князь решил "подстраховаться и забронировать" себе место в высшем эшелоне власти, если тот удастся оборудовать на европейский "демократический" манер.

Он заявил, что готов принять Верховную власть, если на это будет воля Учредительного Собрания.

Возникает естественный вопрос: почему же сам Император Николай Александрович пошел на нарушение Основных законов?

Он же их отлично знал.

Почему он отрекся в пользу Михаила Александровича?

Ответ простой: никакого отречения Государя Николая Александровича НЕ БЫЛО!

В 1924 году в Софии вышла знаменитая работа проф. Зызыкина М.В. "Царская власть и закон о престолонаследовании в России".

Позволим себе цитату из указанной книги. «Выше воли царствующего Императора стоят все статьи Основных законов, которые констатируют Царскую власть как определенное учреждение - священный чин, регулируют порядок ее преемства и устанавливают требования, неразрывно связанные с понятием Царской власти. Во всех проявлениях своей власти Император связан самим принципом своей власти.

То же относится и к отречению от престола Императора. О нем ничего не говорят Основные законы и не могут говорить, ибо, раз сами Основные законы исходят из понимания императорской власти как священного сана, то государственный закон и не может говорить об оставлении сана, даваемого Церковью.

Как для снятия присяги, для оставления монашества, так и для снятия царского сана требуется постановление высшей иерархической власти.

Так и бывало на практике.Когда надо было присягать Императору Николаю Павловичу, после присяги, ошибочно принесенной Великому Князю Константину Павловичу, то митрополит Московский Филарет (Дроздов) предварительно снял ту первую присягу.

Когда Императору Павлу предложили отречься от престола, он категорически это отверг и погиб от рук заговорщиков. Когда Император Николай I вступил на престол, то он заявил: "то, что дано мне Богом, не может быть отнято людьми", и с опасностью для жизни 14 декабря 1825 года личным примером отваги спас Царский трон от заговорщиков» (с. 178-179).

Благочестивые московские Государи могли оставлять престол лишь в свой смертный час, принимая схиму. Николай II, исходя из видения им императорской власти как священного чина в ответственнейший период российской истории, принял мужественное решение о грандиозном переустройстве всего государственного здания России на духовных началах.

А успех намеченного плана всецело зависел от удачного выбора Патриарха, чин которого следовало восстановить на Руси.

В марте 1905 года Государь известил членов Священного Синода: "По соглашению с Императрицей я оставляю престол моему сыну (родившемуся в июле 1904 г.) и учреждаю при нем регентство из Государыни Императрицы и брата моего Михаила, а сам принимаю монашество и священный сан, с ним вместе предлагая сея вам в Патриархи".

Увы, подвиг Государя не был оценен собравшимися.

Между ними и сердцем Государя с той поры "утвердилась непроходимая стена, и веры им в сердце Его уже не стало, оттого, что сердце царево истинно в руце Божией, и благодаря происшедшему въяве открылось, что иерархи своих искали в патриаршестве, а не Божиих, и дом их оставлен был им пуст. Это и было Богом показано во дни испытания их в России огнем революции. Чтущий да разумеет" (Лк. 13, 35) (С.Нилус. На берегу Божией реки).

Прошло ровно 12 лет. Снова март, но уже 1917 года.

Государь - Помазанник Божий - на псковской земле, на которой некогда родился Креститель Руси.

Но он, человек, соединяющий в себе двойную и могущественную власть самодержца и Верховного главнокомандующего, находится в плену.

Он изолирован от Ставки, от верной присяге армии, от русского народа.

Его надежно охраняет командующий Северным фронтом генерал Рузский - масон, угодливо выполняющий приказы своих хозяев, поставивших целью полную ликвидацию русского исторического строя – Православной Монархии.

Государь не имеет возможности отправить телеграмму помимо генерала Рузского.

Не имеет возможности связаться с внешним миром.

Ему доставляются только сведения, «профильтрованные» командующим Северным фронтом.

Он не имеет возможности покинуть Псков.

В столице заседает крикливая Государственная Дума.

Керенский призывает к "физическому устранению Царя", поясняя, что с Царем надо учинить то же, "что совершил Брут во времена древнего Рима".

Заговорщики, окружающие Государя, упорно лгут ему, что положение очень плохо и иного выхода, кроме отречения, нет. Боясь, что Царь поднимет армию, объявит бунтовщиков вне закона, военной силой подавит измену, генералы лгали, что надежных военных частей нет, безпорядки якобы охватили большую часть России, включая Москву.

Как уже подчеркивалось выше, права на отречение от Престола, согласно Основным законам, Государь не имел.

Это понимали и те, которые требовали от него отречения.

Николай Александрович видел, что им позарез нужна бумага за его подписью…

Так все-таки, дал Он им эту бумагу или не дал?

В ленинградском Музее революции долгие годы хранился документ, именовавшийся подлинником отречения Николая II.

Его фотокопии приводятся в различных изданиях. Но это не подлинник, а ДУБЛИКАТ акта, якобы подписанного Государем под давлением заговорщиков.

По словам того же В.Шульгина, подлинник был напечатан на машинке: "Это были две или три четвертушки - такие, какие, очевидно, употреблялись в Ставке для телеграфных бланков".

Подпись была сделана карандашом.

Проанализируем этот факт.

Николай Александрович, будучи старшим сыном наследника Престола, с детства был "обучен царству".

Помимо солидного общеобразовательного курса, наследник получил высшее юридическое и высшее военное образование.

Его преподавателями были выдающиеся профессора высших учебных заведений. Государь знал в совершенстве и строго соблюдал требования Императорской канцелярии.

Согласно этим требованиям подлинник любого Царского Указа писался Государем собственноручно чернилами на специальной гербовой бумаге.

Публикуются же только фотокопии "отречения" Государя, напечатанного на машинке, а не писанного собственноручно.

Да и на тех листочках, о которых говорит Шульгин, текст тоже напечатан на машинке.

Комиссия по канонизации Царственных Мучеников вынуждена была признать: "Факт отречения Императора Николая II не может считаться вероучительным или каноническим нарушением в силу отсутствия соборно принятых Право-славной Церковью установлений, которые бы определяли возможность отречения от престола помазанного на Царство православного Государя".

Таким образом, и с юридической точки зрения, и с точки зрения Церкви и после 2/15 марта 1917 года Николай II продолжал оставаться носителем Царского сана.

Враги нашей Державы хорошо понимали, что отстраняют от власти и убивают не просто «гражданина Романова» и не Великого Князя, а именно Русского Царя – Помазанника Божия.

Пора бы и нам это осознать!«К сожалению, до сей поры, несмотря на все безчисленные беды и скорби, которые выпали на долю русского человека после развала Православной России, несмотря на страшные, кровавые испытания, последовавшие за революцией 1917 года, значительная часть общества по-прежнему безконечно далека от здравой оценки событий отечественной истории ХХ столетия.

Более того, сама эта история настолько мифологизирована, что даже специалисту порой бывает трудно понять - где же правда...» (Митрополит Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев). Русь Соборная. СПб, 1995, с.138).

Теперь, зная правду об "отречении" Государя-Мученика Императора Николая Александровича, мы должны всеми возможными способами защищать Его святое имя от хулы, возводимой на Него врагами России и русского Православия.

В заключение в предельно краткой форме обобщим результаты всех ранее выполненных исследований и экспертиз так называемого «манифеста об отречении».

Вот о чем они свидетельствуют.

1. Текст «отречения» составил явно не Государь.

Черновик документа был написан и отправлен во Псков из Ставки 1 марта в виде телеграммы Алексеева, Лукомского и Базили, а затем кем-то доработан до известного всем сочетания слов.

2. Текст «отречения» не был написан Государем от руки. Все известные экземпляры отречения напечатаны на машинке. Об этом говорят Шульгин, Мордвинов и ген. Данилов. Начальник походной канцелярии ген. Нарышкин в «протоколе отречения» пишет более лукаво: Государь приказал «его переписать», что, однако, также свидетельствует, что текст отречения не был написан Государем лично.

3. Три очевидца - Мордвинов, Шульгин и Данилов - прямо указывают, что текст был напечатан на телеграфных бланках, несмотря на то, что военно-походная канцелярия Государя хранила любые бланки, включая, разумеется, бланки Царских Манифестов. При этом Данилов пишет о двух телеграфных бланках, а Шульгин - о трёх.

4. Из текста «отречения» видно, что составлен он особым образом: по смыслу и количеству строк разделён на три абзаца, или «три четвертушки», описанные Шульгиным. Средняя часть «отречения» по количеству знаков абсолютно совпадает с размером телеграфного бланка. Значит, заговорщики предусматривали вариант подлога: «вброса» или замены средней четвертушки в подписанную Государем телеграмму, с последующей нейтрализацией Государя Николая II.

5. Подписи на хранящихся в Государственном Архиве РФ экземплярах «отречения» Государя от Престола, а также их факсимиле в известных большевицких изданиях подделаны.

6. Согласно описанию документа «отречения» ГА РФ, заверяющая (контрассигнирующая) подпись Министра Императорского Двора графа Фредерикса на документе также сделана карандашом, а затем обведена ручкой. Сама оригинальная подпись Фредерикса на документе ГА РФ отсутствует.

Таким образом, Государь Император Николай II никогда не составлял никакого «манифеста об отречении», не писал его от руки и не подписывал.

ВЫВОД: Был подлый масонский путч, акт государственной измены, в результате которого Самодержец Всероссийский был насильственным путем низложен с Престола.